Решается конечно очень просто: Работодатель, как и положено законодательством, обеспечивает сотрудников средствами производства, в частности, если использование какого-либо IT продукта предусмотрено рабочим процессом, то этот продукт и предоставляется в пользование для выполнения работы.
А также необходимое для этого оборудование.
(Не будет же, к примеру, бухгалтер приобретать за свой счет 1С Предприятие и конфигурацию, потом нести из дома компьютер или ноутбук, и вести на нем рабочие процессы).
Или полицейский вместо табельного ПМ доставать дома из сейфа охотничью Сайгу или какой-нибудь миниган, и рассекать с ним на плече по городу?
Все это по хорошему, должно относиться и к мобильным (служебным) телефонам, с корпоративным тарифом, доступным для просмотра руководством общим журналом звонков, инвентарным номером и прочее.
И работник рабочие вопросы решает исключительно по рабочему оборудованию, а не по личному.
И не смешивает личное и служебное.
И в этом случае - отказ работника в установке на рабочий телефон необходимого ПО (Max например), уже будет являться саботажем с соответствующими последствиями.
Другой момент, что зачастую это не работает, и мы продолжаем в работе пользоваться личными телефонами.
Я в общении с нашими вендорами сначала долгое время использовал ICQ (личное), и пришлось поубирать некоторые хулиганские статусы и аватарки
Потом пришлось мигрировать на Скайп, потом на Телеграм, только привыкли к нему - "рубят" голосовые звонки, и пришлось озаботиться скрепным "Максом". А если учесть, что все это необходимо не просто в телефоне, но и обязательно на десктопном компьютере - то вообще вилка вариантов резко сужается, превращаясь в пику, на которую нетрудно и самому налететь.
И как приходится изворачиваться, чтобы и не выглянуть недайбог из-за забора корпоративной безопасности и инструкций и предписаний, и бесшовность рабочих процессов обеспечить...
Последнее время к нагнетаемой истерии насчет Max уже отношусь индифферентно. Как тот неуловимый Джо, который нахрен никому не нужен
Или как та пресловутая Марина Энн Хэнцис, которую бывший вздумал шантажировать интимными фотографиями






